Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

Leo

Ладно, окей, я – сталинист.

 Никогда бы не подумал, что буду писать о Сталине, да к тому же апологетически. Но времена настали такие, что обилие откровенного вранья, глупости и мерзости требует от меня совершить ответный поступок, высказываясь на довольно двусмысленную тему. И как удивительно точно выпали карты: скандал с фон Триером в Европе пришелся как раз на период дискуссий о великой отечественной войне и десталинизации в нашей стране.

Пожалуй, я сразу обрисую контур своей речи, поскольку прекрасно увидел на примере Триера, что ирония – вещь запредельная для понимания некоторых, а на оправдания и пояснения в последующем не хочется тратить время. Лично мне Сталин неинтересен, ни как политическая фигура, ни как символическая. В «хозяине», наводящем порядок, т.е. в утрированно господствующем большом Другом я не испытываю нужды, в отличие от инфантильного большинства современного российского общества (характерный запрос на фигуру Сталина очень ярко отразил в своей песне «Сталина» Василий К., рекомендую ознакомиться – глас народного бессознательного во плоти). Но при всем при этом Сталин – часть истории моей родной страны, которую только поэтому (что она своя, родная) нельзя позволять демонизировать. Однако цель моего высказывания не в том, чтобы указать на опасность крайних моральных оценок прошлого. Меня беспокоит будущее: то будущее, которое нас может очень скоро накрыть, если мы позволим случиться пресловутой «десталинизации» на фоне очень скрытой, но тем не менее весомой тенденции к ревизии нацизма. Под десталинизацией я подразумеваю не абстрактный процесс, а конкретную программу, активно предлагаемую советом при президенте, в особенности некими Федотовым и Карагановым. В этом вероятном будущем Россия официально и всецело собственными усилиями станет «империей Зла», при этом утратив все претензии на имперскость, мировой авторитет и суверенную целостность.

Теперь с подробностями и о разном.
Сперва обратимся к скандалу с Ларсом фон Триером. У этого скандала есть два прочтения: фактическое и симптоматическое. С фактическим все ясно: режиссер, который всегда эпатировал публику, пошутил (и для всех в тот момент это было шуткой, никто не бросился из зала оскорбленный), а на следующий день бесчестные журнализды, вырвав слова из контекста, подняли шум. На этом уровне очень легко понять Триера и всю ситуацию, если знать нюансы, такие как неуверенное использование чужого языка (очевидно, что слово «нацист» Триер использует в смысле «немец»), особое отношение датчан к немецкой культуре (для датчан Германия – это и есть Европейская культура), специфический юмор (режиссер-еврейка, которая упоминается в речи – его давняя знакомая) и т.д.

Однако все это не объясняет ключевое событие: почему все-таки столько раз переживавшие скандалы с Триером Канны решили его изгнать? Объяснения типа «это случайность» или «достал-таки» - возможны, но не достаточны. Поэтому следует перейти к симптоматическому прочтению, суть которого в трактовке той самой чересчур болезненной реакции дирекции фестиваля. Здесь следует отметить один факт: в Европе никто не может запретить открыто обсуждать историю, в т.ч. фигуру Гитлера, нацизм и т.д., но вместе с тем есть беспрекословное табу (нарушив которое человек, даже самый титулованный ученый сразу же становится нерукопожимаемым). Табу заключается в следующем: никто не имеет права отрицать или подвергать сомнению Шоа, т.е. факт чудовищного геноцида евреев. В этом запрете помимо морального аспекта есть и идеологический, т.к. Шоа – одно из идейных оснований существования Израиля. И Израиль готов очень активно бороться с нападками на эти идейные основы, вполне справедливо считая их реальной угрозой. Я их прекрасно понимаю, и потому поднимаю всю эту тему. Так вот возвращаясь к Триеру, можно отметить, что он сделал все необходимые оговорки по поводу евреев, а затем и принес извинения. В чем же цимес исключения? А он как раз в том, что Европа давно уже задумывается о пересмотре значения нацизма, просто об этом еще непринято говорит публично. Триер, изображая провинциального дурачка, выболтал слишком много, чем и испугал истеблишмент. Но подумайте сами, сопоставьте факты. Европа давно официально никак не реагирует на нацистские инциденты (Львов, Прибалтика), часто игнорирует факт усиления националистических партий в ряде стран (в Австрии, Финляндии, Хорватии, Венгрии – нетрудно заметить, что это все тот же пояс бывших союзников нацистской Германии). Такое поведение весьма странно, ведь еще никто не отказался признавать результаты Нюрнбергского процесса. И тот факт, что европейцы используют фигуру Гитлера и нацистскую символику в разного рода рекламе (не только пугающая социалка) прямо говорит о том, что отношение у среднего жителя к вопросу амбивалентное, с долей приязни. Недавние же заявления глав Франции, Великобритании и Германии о крахе политики мультикультурализма вообще должны бы заставить всех задуматься о том в какую сторону ветер дует. Кроме того, у Евросоюза большие проблемы и с экономикой после кризиса, и с внутренним устройством – вот, где можно обратиться к опыту Гитлера, который вполне успешно решал обе группы проблем.

И, если завтра, политическая конъюнктура потребует от европейцев частичного оправдания нацистского режима, для этого понадобится «козел отпущения». А эту роль прочат как всегда России, тем более что идеология третьего Рейха действительно была во многом реакцией на коммунизм. Так что не ровен час, объявят завтра Сталина и наших дедов – адскими исчадиями, от которых мирную старушку Европу пытался защитить белокурый ангел Адольф, да перестарался маленько. А про факты (например, колоссальное число мирных потерь в Советском Союзе) тихонько умолчат, а потом забудут. Факты, какие факты? Какие ваши доказательства?

И вот на этом фоне разворачивается акция, чертовски похожая на зеркальное отображение европейских процессов. Российские либералы не ждут завтра, они уже сегодня прогибаются с «чего изволите?». И ведь, что самое поганое в либералах – это вранье, бесконечное, бесстыдное или безответственное вранье, которое в первую очередь бьет по стране (т.к. чаще всего касается истории России), а во вторую – по состоятельности их идей. Мне лично по своим идеям в общем-то близка либертарианская и социальная ветвь либерализма, но из-за всякой лживой мрази их нельзя назвать иначе, чем либерасты. Разница лишь в том, что Солженицин врал о 110 миллионах жертвах советской власти (данные архивов показали, что цифра завышена в 15-30 раз), думая, что делает благое дело, а нынешние уроды (вроде Латыниной и Сванидзе) врут просто потому что ничего иного, кроме как огульно поливать прошлое, не умеют. Вся программа десталинизации состоит в том, что все советское прошлое будет признано криминальным и античеловечным, а значит, за всей «братской помощью» СССР будет утвержден корыстный и злонамеренный интерес, что в конечном счете означает, что развал СССР был бесспорным благом.

Не нужно быть большим знатоком истории, чтобы понять, что при любых правителях наша страна в мировой политике всегда руководствовалась не только личным интересом, но и минимумом справедливости и взаимной выгоды (то, чего в политике США и Англии не было никогда), поэтому поддерживала различные освободительные движения (не только идейно близкие). И я не готов признать развал государства и последующее мародерское уничтожение ее инфраструктуры благом. Что же касается фигуры Сталина, то здесь я рассуждаю прагматически: мы победили фашизм – это в т.ч. его достижение, которое сложно отрицать. Только наивный может поверить в популярную нынче сказку о том, что русский народ победил вопреки Сталину. Как говорил Наполеон, лев, командующий стадом баранов, всегда победит стаю львов, управляемую бараном. Так что Сталин как минимум не мешал когда нужно (кстати, Жуков и Рокоссовский пишут о том, что он довольно часто передавал принятие решения вниз – с соответствующей ответственностью, конечно), а это тоже управленческий талант. Более того, я согласен с Делягиным, что Сталин был весьма любопытным «социальным инженером», опыт которого до сих пор не изучен (при нем общество несколько раз кардинально поменяло структуру в ответ на вызовы времени – так что опыт уникальный в своем роде).

Но самое главное, что меня не устраивает в этом проекте – это отказ от национального достоинства, от гордости за дедов, за героические победы, за вклад в освобождение народов мира. Дело в том, что умеренное, без фанатизма историческое национальное самоуважение – это лучшая прививка от нездоровых крайностей, как националистических, так и неолибералистических. Сохранение собственного достоинства – это важная составляющая сохранения себя как нации, признаваемой другими странами. Израиль это понимает и готов бороться за свою историю, а РФ похоже управляют убежденные сепаратисты. И хотя я трезво понимаю, что страны и нации иногда прекращаются, я думаю Россия – еще отнюдь не тупиковая ветка. Сегодня в моде квасной патриотизм: создано столько информационного мусора, играющего на жалких остатках национального самосознания, что практически невозможно разглядеть в этом тот реальный потенциал для ответа на вызовы настоящего, который еще пока сохраняется в оазисах культурной и научной жизни. Парадоксально, но для меня очевидно, что без Сталина – у нас нет будущего. Но с попытками «возврата к Сталину» - увы, тоже.

В конечном же счете, мне самому не по нраву вся эта дискуссия, весь этот гуманизм, который заключается лишь в пересчете трупов и измышлении пороков. Но жизнь часто ставит нас в ситуации, когда надо выбирать свой лагерь. И хоть я мало подхожу под этот ярлык, сегодня: Да, я – сталинист.